"Темпол" для Любимой

13 ноября. Сием Рип: Banteay Srei, Kbal Spean, Banteay Samre.

После унции отечественного коньяка пиво "BeerLao" на пользу утомлённому жарой организму не пошло. Поутру голова болела так, как будто вчера я пил то БирЛао в совокупности с водкой, и последней в "коктейле Молотова" было подавляющее большинство. Заставить себя отклеиться от простыни, одеться и вышкрябаться чрез заслон декоративных пальм в гостиничный дворик было подвигом, достойным установки бюста на Родине. Снаружи было всё так же душно. Серость раннего утра пронзали фары мчавшихся по магистрали мото-байков. Я поздоровался с круглосуточным охранником, примостился на каменную лавку под никому не нужным сейчас зелёным зонтиком, вооружился стилусом и углубился в воспоминания вчерашнего дня. Дежуривший у гестхауса тук-тукер подкатил и сонным голосом предложил мне свои услуги. Я сдуру отказался. А получасом позже пожалел, потому что моего "родного" тукера добрейший мистер ВанКунн ввёл в глубокое заблуждение, решив, что с утра мне нужно на Священную гору Пном Кулен, для чего не Чен, а сам мистер Сет с его нафаршированным мини-вэном потребен.

На часах шесть, время "ч" давно миновало, а "транспортейшена" всё нет. Одна удача: внезапно отловил самого мистера ВанКуна по дороге на "углублённый английский" (Ты дывысь, Мыкола, яка розумна людына...) и он организовал мне транспорт по сотовому. Вот интересно, в Камбодже все курсы английского для "верхнего управляющего звена" начинаются в 6 часов утра?!! Жду дальше. Чен широко зевал, кланялся и извинялся (по очереди) до тех пор, пока я почти насильно не усадил его "на козлы" нашего синего шарабана. Ехали на успевший расцвести солнцем северо-восток мы как-то очень уж долго. Не Prasat Preah Vihear, конечно, но и тук-тук - не кондиционированный 4х4 с независимой подвеской. Деревень вокруг Сием Рипа в изобилии. Народ торгует, потребляет, ловит, чистит, пасёт, строит, вяло ворочается в гамаках, растянутых между стволами пальм или столбами, подпирающими жилые постройки. Последнее - просто катастрофа. Добрая половина трудоспособного (во всяком случае, на мой непросвещенный взгляд...) мужского населения днями напролёт пришлёпнута к гамаку. Похоже, это традиционное кхмерское развлечение. С нежностью вспоминаю любимую софу.

Размер паркинга, прилагающегося к храму Bantei Srei, внушал уважение. Обилие сопутствующих павильонов и технических построек - тем более. Последний раз настолько развесистые "комплексы услуг" я видел у супермаркетов в Замбии, куда весь платежеспособный город на выходные подтягивается. Ты смотри, даже туалет "условно-бесплатный" по ангкорскому образцу: есть дефлорированный за сегодня пропуск? Заходи, родной... Аллея от паркинга до храма была метров двести. И это было правильно: позволяло плавно отрешиться от сладостей цивилизации в пользу подступающих со всех сторон джунглей. Характерный жёлто-красно-розовый песчаник проявил себя сначала в мощных плитах аллеи и бесконечной череде резных колонн вдоль насыпи, ведущей к комплексу. Это уже само по себе было красиво. Потом пошли внешние стены (ещё красивее...) и цветущие розовыми лотосами пруды (конечно же, в их классическом варианте, что рекомендует брать храм в квадратные скобки двух глубоких рвов, заполненных водой). Среди Бантеев (напоминаю, это храмы типа цитадели, в отличие от не окружённых стенами Прасатов) такая фенечка - чтобы враги, откуда попало пешими не ломились - не редкость, а, скорее, общее правило.

Пригнулся я слегонца, в арку последних ворот ныряя - не то, чтоб острая необходимость, но привычка делать скидку на рост кхмеров - распрямился - посмотрел - и - отпал. Присел на парапетик в самом тихом уголке, и давай дрожащими от вожделения руками 180-мм "дуру" к фотоаппарату прищёлкивать - "Это чтобы лучше тебя видеть, внученька". Потому, что злые дядьки-охранники так переживают за резьбу драгоценную, что оградили всю Bantei Srei столбами с белыми верёвочками-канатами. За белые верёвочки - УБИВАТЬ. Могли и красно-пятнистыми их выполнить, чтобы "выфотошопливать" было легче. С другой стороны, я мудрых дядек полностью и окончательно поддерживаю, одобряю и понимаю. Ибо дай попущение такому беспринципному барангу, как я, вмиг полезет щупать, реально ли всё это камень, а не пластилин или "замаскированный" воск. С институтских лет и до сих самых пор на моём персональном Олимпе безоговорочно-божественных строений возвышался костёл Святой Анны из Вильнюса. Тот самый, которого Наполеон хотел "положить на ладошку и унести в Париж". Я просто не представлял, не мог представить себе, что возможно создать что-нибудь ещё меньшее и более декоративное. Кхмеры Х-го века смогли...

Веря и, одновременно, не веря, что ЭТО - красный песчаник, я зачарованно обошёл Bantei Srei раза четыре (Господи, какая же она всё-таки крохтулька...) Её можно было читать, как книгу, точнее, цветной комикс. Казалось, древние зодчие выплеснули на эти плиты лучшее, что могли себе навообразить, обкурившись правильных "хербов" что по каким-то им одним ведомым причинам получилось "сэкономить" на всех остальных храмах великой Кхмерской Империи. Я уже неоднократно убеждался, что наиболее пристально каменотёсами украшались фронтоны. В случае же Bantei Srei... Видится мне, где-то в процессе проектно-конструкторских работ произошла неувязочка и потерялся один-единственный нолик... в масштабе. Храм получился настолько маленьким, что резьба по камню, вскипев, как хороший кофе в медной джезве (цвет, ребятишки, какой божественный цвет!!!), вознеслась с фронтонов до самых крыш, а затем, шипя и пенясь, сползла вниз по стенам, чтобы, не уместившись на них, расплескаться кляксами-завитушками по каменным плитам окружающих храм дорожек. Во всяком случае, ругательных табличек "Не наступайте на резьбу!" до сегодняшнего дня я в камбоджийских храмах не встречал. Вот, что значит единожды доверить строительство не Как-Его-Там-В-Текущем-Столетьи-Варману с его пожизненно-безынициативными правительственными подрядчиками, а честному и свободному брамину Яжнаварахе! Парадокс: храм, посвящённый Шиве, одному из самых малевалентных божеств индуистского пантеона, называется Цитаделью Женщины и выглядит... именно женщиной!

...Юной женщиной в богатом пеньюаре, в предвкушении самого главного бала в своей жизни наносящей "боевую раскраску" перед зеркалом. И, чтоб непременно в пеньюаре тёмно-розовом. И чтобы рюшечек-оборочек-складочек на нём всяких видимо-невидимо, с шеи до пят. А выше - причёска такая, что просто закачаешься. Её медные кудри волнами завитков стекают по плечам и всё вниз, вниз, до самого-самого паркетного пола из красного дуба, покрытого вишнёво-кофейным персидским ковром ручной работы, по которому в свою очередь, расползаются цветочки, завиточки, да ещё и пушистые кисточки по краям... Боги и демоны, люди и звери, великие сражения и непреходящая любовь - всё смешано в противостоянии зубила с камнем. Я одних только Нагов, каждый божий уголок строения украшающих, считать утомился. А ведь у каждого из Нагов по семь голов, а у каждой головы по два длинных ряда острейших зубов... О, кстати, отвлекусь на Нагов. Насколько я понял пространные объяснения Чена в Beung Mealea, в Нагах вершится тайная великая битва сил буддизма с индуизмом. Влияние востока (то есть Японии и Китая...) и запада (Индии сотоварищей…) в Камбодже находились в состоянии некоторого условного географического равновесия. И это, конечно же, не могло не отразиться на Нагах.

У индуистов все Наги пятиглавы. У буддистов - семиглавы. Поэтому, когда чаша религиозных весов Камбоджи чуть склонялась в сторону запада, индуисты тупо оббивали лишние на их взгляд (т.е. крайние слева и справа…) головы повинных в перерасходе зубов, челюстей и глаз Нагов. Но это касается только Beung Mealea. У идеально сохранившейся Banteay Srei все Наги подчёркнуто семиглавы, то есть, да здравствует победивший буддизм! А может, у индуистов просто рука не поднялась на такую красоту? А ещё может быть, они просто пересчитали головы Нагов на Бантей Срей и решили, что сдохнут по такой жаре столько лишних "черепушек" молотками да долотами в три смены отколупывать. Посвятить полдня осмотру храма, общая площадь которого вряд ли превосходит размер двух среднестатистических трёхкомнатных квартир советских времён? Да легче лёгкого! Ведь ещё есть пруды с лотосами, деревянные видовые площадки по периметру внешней стены, и, пожалуй, самый лучший народно-инструментальный ансамбль, развлекающий посетителей у дальних от центрального входа ворот...

Уж насколько я невосприимчив к деревянным дудочкам да локализованным малострунным "балалайкам", на этот раз решил не экономить: под впечатлением Храма и душевности мелодии оставил музыкантам целых пять "уан долл" подряд. Ещё и молдавскую двадцатипятибаньку, случайно в кармашке рюкзака оказавшуюся, в пруд с лотосами зашвырнул. Вдруг Шива-Разрушитель задобрится экзотическим подношением и поможет мне ещё раз сюда вернуться? Потом меня развернуло и снова понесло к периметру верёвочного ограждения Banteay Srei. Центральные ворота, к которым я поначалу как-то не слишком присматривался, пронзили моё сердце сходством плоских витых "рожек" с Prasat Preah Vihear. А новодельные "макаки", гордо восседающие по периметру центрального святилища, заставили заскрипеть зубами. Никак не вязался их розовый, явно синтетический колер крашенного цемента - это вообще сторожевые обезьяны-воины или поросята годовалые?!! - с широченной гаммой от угольно-чёрного до бледно-розового, которой поражали более древние постройки. Мне вообще показалось, что никакие обезьянки не резные, а единоутробные братья и сёстры по пресс-форме. Хорошо бы не забыть глянуть на оригиналы, вывезенные в Национальный Музей Истории.

Апсары Banteay Srei почему-то не танцевали. По-моему это вообще были никакие не апсары, а банальные птичницы: иначе с чего бы у них в ногах путались жирные утки? Слоны на фронтонах качали хоботами ну просто как живые, орлы были похожи на обозлённых беззубостью птеродактилей, а запряжённые в двуколки кони все как один страдали тяжелейшей формой акромегалии: приставьте голову нормального коня к куцему и приземистому крупу пони, а того лучше - к перекормленному ишаку. Крупные кошачьи, как выражается современная молодёжь, "жгли не по децки". Вернее, сами львы были ни в чём не виноваты, а вот их создатели явно начитались первобытных Сказок про Роботов, которые питались исключительно силикатными кирпичами. Идеальные пасти для поглощения кирпичей целиком. Просто идеальные. А еще я подслушал в Banteay Srei страшную тайну. Тайну Золотого Ключика. Тайну "фальшивых" дверей. Я уже раньше излагал, что в кхмерских храмовых башнях, как правило, есть две двери "для людей" и две наглухо заложенных камнем. Не боявшийся быть понятым аборигенами русский гид страшным шёпотом сообщил своим подопечным, что заложенная наглухо пара дверей предназначалась… для духов. Спокойно! Не тех, духов, которые Шанель Номер Пять, а тех, которые усопших. В общем, эти коварные кхмерские духи диффундируют сквозь песчаник, прямо как атомарный водород сквозь легированную сталь! Ни снаружи, ни внутри храма их ничем не удержать! Так. Что-то заболтался я о "Женской Цитадели". Нужно возвращаться в мир нормальных пропорций и барангского восприятия.

В который раз осматривая три башни-прасата, поразился долготерпению и вообще человеколюбию Бога Шивы (Ведь это именно Шива, устами кхмеров, любит являться людям в образе матёрого быка…) Каково одному из самых могущественных богов индуистского пантеона быть подседельным для пары человекоподобных существ?!! Пусть они даже замаскированные боги, - всё равно обидно! Будь я на месте этого конкретного Шивы (даже не самим Шивой, а просто быком, на которого взобрались возомнившие из себя нечто большее индивидуумы…) всенепременно вырастил бы остро отточенный гребень вдоль хребта! Потом мне снова пришлось включать в игру 180 миллиметров линз. Нужно было пересчитать, сколько реально рук у десятиликого божества, от которого дикие львы и слоны шарахались, как мышата от лисы. Насчитал восемнадцать. С одной стороны правильно: одним-единственным мозгом столькими руками одновременно не помахать. Для этого нужно было родиться и вырасти сороконожкой. А с другой стороны - ликов у божества три ряда по вертикали - четыре, четыре, и еще две. Сколько времени будут бежать импульсы по нервной системе от головы "третьего этажа" к причитающимся ей конечностям? Это же уже ленивец заторможенный и водорослями по пузу обросший получится, а никакой не бог… Хотя я слишком антропоморфен в своих рассуждениях. Может, у того божества вместо нервных связей оптоволоконные магистрали к сервоприводам наиболее удалённых рук проложены. Так. Пора с Banteay Srei завязывать. Cкоро мозги от жары румяной корочкой покроются…

Кбал Спеан (Kbal Spean), он же - "Река Тысячи Лингамов", у меня не так, чтобы проходил красной строкой по наполовину исчёрканному ту-ду листу, но он оказался настолько близок к Бантей Срей географически, что как-то сам собой присоседился. Сейчас, под шикарным соломенным навесом, потягивая липкое кокосовое молочко (фу, какая безвкусица...) наперекрёст с тоником Швеппес (вот это - напиток настоящих барангов!), и наблюдая 37 градусов Цельсия на термометре в GPS, думаю, что мой утренний оптимизм смешон даже местным шелудивым тузикам. Шариться в обеденную жару по тропам джунглей - занятие для законченных бандар-логов. Большому же белому барангу в это время положено льнуть к накрахмаленным простыням, да вкушать сок манго со льдом в благодатном дыхании кондиционера "Самсунг". Ладно, проехали… Вернее, - приехали. Нет, я сегодня, не смотря на субботу, не покупаю маек, браслетов, шарфиков, путеводителей и уан - ту - сри - фор - файв - сыкс - сэвен - эйт - найн - тэн (пересчитать их перед носом потенциального покупателя обязательно?!!) открыток с видами Камбоджи. Нет, я не хочу "колд дринков", "хот фуда", и "джуси фрутсов". Просто пропустите меня в джунгли, и я отвешу вам большое человеческое спасибо. Что вы думаете о моём, не подкреплённом "уан доллой" спасибо, я тоже, по-моему, хорошо знаю.

Горбатый деревянный мостик. Услужливая табличка "до цели - 1500м". Натоптанная красно-бурая тропа. Медленное такое, тягучее и жаркое "в гору". Слева густой, затянутый сетями лиан лес. И справа то же самое. Даже сверху ни просвета, ни солнышка. Топаю. Обтекаю бесценной влагой. Запыхиваюсь. Терплю. Начинаю злиться. Капаю с локтей, носа и подбородка. Чувствую, как печёт в глазах и на губах комариный репеллент. Нервничаю. Не понимаю "какого". Ненавижу лютой ненавистью всё живое вокруг. Если у Бантей Срей ещё был какой-то движняк воздуха, то здесь, под плотным, как вспененный полиуретан с закрытыми порами, пологом леса, даже паутинка не шевельнётся. Тропка ещё сильнее задирается в гору вдоль давно пересохшего ручья. "Путанка" камней, лиан, корней заставляет думать, куда удобнее ставить ногу. Местами, где нужно миновать вертикально-ребристый скальный пояс, к подъёму приходится прикладывать руки. Ещё приходится пропускать встречных: в туризме пропускать спускающихся не принято, но сейчас другой случай: вид у пенсионеров такой, что хочется верить, их катафалк погонят к подножью холма, избавив от последнего, горизонтального сегмента пути. Влажность стопроцентная, даже камни слезятся. Слева и где-то очень далеко внизу шумит неслабая река.

На отметке "до цели 800м" я понимаю, что треки по джунглям Камбоджи с рюкаком более 12кг не для меня. Вроде и путь почти выровнялся, и река сырой прохладой дохнула, но рубашка впитывать уже не в состоянии. Комары. Мухи. Бабочки. Птицы. Редкие баранги, всё больше китайские. Второй по счёту домик-навес для перекура мы с Ченом игнорируем, продолжаем идти. На отметке "400 метров" мне уже не нужно ни водопадов, ни Брахм с Шивами, ни лингамов маленькими четырёхзначными цифрами. А потом я и в самом деле замечаю двухголового Брахму в лотосе, почивающего на берегу реки головой по течению. Чёрного каменного Вишну. Делаю несколько шагов, дно и берега реки проступают лингамами: приземистыми такими, округлыми сверху "пеньками"... Восточные народы никогда не славились размерами мужского естества. Так что, какое в народе среднестатистическое "естество", такие в реке и лингамы. Путь наш теперь вниз по течению. Речка ничего, славная. Шумные перекаты, тихие омуты, дно рыжее и скользкое от водорослей, совсем как у крымской Баги... Фотографировать есть чего, это как-то от тягот и лишений мира отвлекает. Второй прилёгший отдохнуть на каменном берегу Вишну - явный новодел, но очень искусный. А лингамов здесь действительно несметные тысячи.

На промежуточном отдыхе, под кроной юного байона, мне приходит в голову креативно-непристойная мысль. Пункт 1. Лингамы в Камбо традиционно посвящают богу Шиве. Пункт 2. В огромном храме Banteay Chmarr, затерянном в джунглях северо-запада Камбоджи - добраться до него я, к сожалению, в этот короткий приезд никак не успеваю - присутствуют барельефы пятидесятируких (!!!) Авалокитешвар. Внимание, вопрос: почему бы добрым кхмерам было однажды не собраться с силами и изваять где-нибудь Бога Шиву с доброй полусотней величественных… лингамов??? Как феерично выглядел бы развесистый "букетик" - это что-то. Богохульник я. И пошляк. Но виновата в этом не система, а критические погодные условия. Ладно, возвращаемся к Kbal Spean. Самую "вусняшку" тропинка приберегает на закуску. Покрытый сочным мхом и лианами каменный хаос, крутая, скользкая деревянная лестница и - водопад. Невысокий, метров семь-восемь. Но достаточно мощный, как раз, чтобы народ, кто дошёл, счастливо за-"Вау"-кал. Вот что НЕ следует в полдень фотографировать, так это водопады. Контраст не просто бешеный, он пугающий. Решил склепать HDR, так его разнесло на 5 кадров со сдвигом 2ev. Выбора нет: второй раз сюда исключительно на паланкине под балдахином с мобильным кондиционером, запряжённым восемью дюжими шерпами. Воду рукой на прощание потрогал - теплее парного молока. Хочется нырнуть, чтобы ополоснутся - смерть как, но вдруг там, прямо под лингамами, шистосоматоз коварный себе гнездо свил? Параличи и хроническое поражение мозга - не совсем то, за чем мыслящие баранги приезжают в Камбоджу…

Обратный путь был всё так же жарок, но хоть под горку. По дороге мне встретилась первая и последняя камбоджийская мокрица. Я в шоке. Ну, знаете, у нас есть серенькие такие многоножки с панцирем. Пальцем щёлкнешь - в твёрдый шарик-бусинку сворачиваются? Так вот, ползёт через дорогу реальная сосиска. В большой палец толщиной, цвет благородный, янтарно-каштановый, золотистыми искорками на солнце переливается Ногам число мильон. Чен её веточкой по морде щёлк - зверюга хрюп - и в жёсткий шарик! Если бы я такую вот мокрицу в гестхаузе на севере Камбоджи увидел, я бы реально в другой номер жить попросился. А если бы его не дали, ходил бы вместо туалета в выданную бесплатно бутылочку от воды. Во успокоение души Чен подарил мне дюжий отрезок хинного дерева. Пупырчатая лиана, сок такой горький на вкус, что описать культурными словами сложно. Аборигены лиану в вине местном настаивают, и пьют как лекарство (единственное природное...) от малярии. Я на этом месте сразу призадумался: может, мне по вечерам эту полезную лиану помаленьку жевать в профилактических целях, а не пилякать домой в качестве основы будущих джунглей на подоконнике? Лиана, кстати, дома так и не выросла… Фиговый из меня ботаник.

С неба сыпался горячий, ласковый, чуть сладкий на вкус дождь. Облегчения не принёс, так хоть пыль прибил. Любимая 122-мм гаубица Д-30, которую вояки от одного грузовика к другому перестёгивали, протянула ниточку памяти к трёхмесячным сборам после института. А ведь дай мне и сейчас Прибор Управления Огнём (ПУО-9), цель в вилку прыжками 4 Вд, пожалуй, возьму... %-) Нет больше дождя. Только влажный дух и ветер стал горячее: будто кто добрый шайку воды в парилке на камни плеснул. Пальмовые рощи, рисовые поля, мутные лужи с рыбаками, белые коровы с высоченными холками уже примелькались. Неинтересно. Зато я теперь знаю наверняка, что так гадостно у кхмеров в придорожных рыгаловках воняет: жареная рыба! Пока я кокос после возвращения из "тропического" Кбал Спеана залпом всасывал - Хоть убейте, не понимаю и всё, что в этом истинные ценители кокосов находят, что по мне, унылое дерьмо - мой тук-тукер... Внимание… Жареные рыбьи головы с рисом голыми руками трескал. Ну, точно как замбийцы: делал из риса плотный катышек величиной с куриное яйцо, окунал в подливу с имбирем, потом подбирал туда же освобождённый от костей кусочек рыбы и - АМ! Из соображений гигиены "помогать" ему я отказался наотрез. Мне одного только запаха этой "селёдки" на всю оставшуюся жизнь хватит.

"Уан доллы" Kbal Spean оказались самыми липучими и приставучими из всех возможных. Мало того, что меня, уже вовсю сосущего кокос, пытались переманить холодными напитками за точно такой же, но конкурирующий соседний столик. Мало того, что мне трижды перепоказали все путеводители, содержимое которых я уже знал почти наизусть. Мало того, что мы хором с продавцом и тук-тукером пересчитали - уан - ту - сри - фо -файв - сыкс - сэвэн - эйт - найн - тэн - открытки у двух шустрых пионерок. На демонстрации второго десятка одинаковых (на мой взгляд) шёлковых платков и пяти размеров чёрной, как Весёлый Роджер, футболки, мне пришлось заказать вторую бутылку пива и дальнейшее общение с не прогоняемыми по определению юными коммерсантами начало приобретать явно выраженный юмористический оттенок.

По приближению к Восточному Бараю сцепил я зубья крепенько и начальственным мановением левой длани повернул оглобельки шайтан-повозки к храму Бантей Самрай (Banteay Samre). Никакой особенной экзотики не ждал. Просто по дороге вычитал, что храм выполнен из такого же материала, как Banteay Srei, хорошо сохранился и не был полностью разграблен, как "некоторые". Чтобы не скучалось в пути, купил у "уан доллов" вязку бананов за местные тугрики. О "тугриках" история отдельная. Когда их получаешь или отдаёшь, начинаешь судорожно со всех сторон оглядывать. Потому что только в одном-единственном месте - для ни разу неграмотных барангов - номинал купюры мелкими арабскими цифрами пропечатан. Остальное сплошь кракозяблы. Обошёл я попутный срас (srahs - бассейн), пропылил по 200-метровой "стартовой" дорожке из латерита, полез по высоким ступеням через башню-ворота в южной стене. Здесь меня подстерегло первое кидалово: никакой храм оказался не красный, а подчёркнуто чёрно-серо-зелёный, как будто кто-то регулятор цветности до отказа в минус крутанул. …Чтобы тут же спуститься и круто подняться по лестнице ко вторым по счёту воротам, пропускающим сквозь внутреннюю стену храма.

Как печально, что огромный пруд, некогда весело плескавшийся меж чёрных от печатей времени стен, давно и навсегда пересох. Ещё печальней, что полностью уничтожена так украшающая Ta Prohm высокоствольная и лианная братия: всего несколько лет назад Banteay Samre была погружена в чисто ради приличия прореженные джунгли. Ладно, проехали и это. Зато трава внутреннего двора легко могла поспорить цветом с "самыми рисовыми" полями Камбоджи, а храмовый комплекс казался излишне мрачным, суровым и тяжеловесным. Дело тут, скорее всего, было именно в цвете: я совсем неспроста упомянул о "чёрных от времени" стенах. Чёрным у Бантей Самрай оказалось почти всё: ступени, балюстрады Нагов, стены, резные колонны гопур, чудом избежавшая участи быть разграбленной резьба на высоких фронтонах, готические крыши даже в самый разгар дня погруженных в сумрак галерей... Не исключено, что когда-то давным-давно это была самая, что ни на есть, мощная Banteay - Цитадель - в Камбодже. Во всяком случае, изнутри она создавала ощущение неприступной крепости.

Прекрасно сохранившиеся парные библиотеки тоже были чёрными. Даже украшенный белоснежными бутонами аналог глицинии и тот терялся во мраке окружающего. Вообще, следует отметить, "книгохранилища" кхмерских святынь везде в приличном состоянии. Варвары берегли письменное наследие древних? Не совсем так. Скорее всего, они берегли именно "вместилища" знаний, ибо ни одной книги тех времён до наших дней не дожило. Во всяком случае, когда я начинал грязно приставать с расспросами, почему гиды уверены, что это были именно библиотеки, и просил предъявить в доказательство хоть одну книжную полку (оставим пока в покое фолианты...), ответом мне неизменно был весёлый смех. Центральный комплекс Banteay Samre был точно таким же, как и пяток подобных, виденных мною ранее. Определённо наступало время что-то круто менять в жизни, и я был рад, что завтра утром начинаются "большие перемены".

Раздумчивые сборы, праздничный ужин из двух блюд: тушёные овощи священной горой Меру и полюбившаяся мне рыба в густом и остром соусе карри. Пивом запивать не рискнул, ограничился "ледяным соком ананаса". Прикольная штука: они заливают свежевыжатый сок во фризер для мороженого, и доводят напиток до состояния густого льдинчатого желе. Трубочка для коктейлей такую консистенцию протыкает легко, но мешать ей уже не получается. Этот "сок" то ли ешь, то ли пьёшь, - непонятно. Но по жаре жутко приятно. Мне настолько понравилось, что пришлось усугубить ситуацию вторым бокальчиком. Любимая подушка, любимая кровать, любимый кондиционер. Ой. Что-то подустал я писаниной побуквенной пять дней подряд развлекаться... Мозги медленно-медленно туманятся, зовут поскорей растечься по подушке. Веки что двухпудовые гири. Всё равно придётся ещё раз вставать. Нужно побороться с комарами, поставить на зарядку батарейки, малёх продуть-почистить и сложить фото-штучки на очередной - который это уже по счёту-то получается? - рассвет.